E-book
6.83
drukowana A5
16.35
Мир между мирами

Bezpłatny fragment - Мир между мирами

Христианская фантастика


Objętość:
54 str.
ISBN:
978-83-8155-883-9
E-book
za 6.83
drukowana A5
za 16.35

Моим, светлой памяти, родителям, посвящается

Часть Первая

Паромщик

Пролог

Погоня остановилась на краю болота. И охранники, и их собаки болота не знали, да и боялись его. Он выбрался на маленький остров недалеко от преследователей и перевел дыхание. Болото, как и ближайшие скалы, тропы, обрывы и часть реки, он знал прекрасно. Впрочем, как и все в их деревне, что лежала здесь же, между болот.

Огни факелов и фонарей за его спиной разделились. Часть охранников, взяв с собой собак, пошли в обход болота слева, часть справа.

«Я должен добраться до реки опередив их и уйти вплавь. " — подумал он, — „А иначе смерть».

Сквозь болото, особенно ночью, бежать невозможно. А стражники, хоть и в обход, передвигались быстро, широкой тропой.

Помогла ему луна, всей силой серебристого света указывая путь и места, которых следовало опасаться. Но, как бы он не старался двигаться быстро, преследователи имели преимущество. Они перекрыли два ближайших спуска к реке, оставляя по несколько человек возле них. А сами пустили собак вперед и шли друг навстречу другу, замыкая его на трясинах. Возвращаться или оставаться здесь не имело смысла. И то, и другое означало верную смерть. И он бросился бежать сквозь болото узкой тропой со смертельной трясиной с обеих сторон. Собаки почувствовали его. Они перестали лаять, с удовольствием принимая участие в этой гонке на опережение. Но он знал то, чего не знали его преследователи. Вниз к реке, по крутому обрыву, был еще один спуск, тайная тропа, которую годами прокладывали люди из его деревни. И начало свое она брала не с вершины, а три метра ниже по обрыву, с почти горизонтально растущего дерева, что чудом цепляло свои корни за скалы. Правда, справиться со спуском, здесь было тяжело даже в течение дня. А ночью никто и не пытался никогда. Но придется рискнуть. Иного выхода не было.

Выскочив на тропу, которая тянулась вдоль обрыва, он принял немного влево и прыгнул. Две собаки прыгнули вместе с ним. Одна из них пролетела в сантиметрах от его спины и приземлилась на тропу, но, не удержавшись, рухнула вниз. Вторая, после получения в воздухе удара локтем сбоку по морде, одной лапой пробуя поймать край обрыва, обрушилась со скалы. Столкновение с собакой изменило и его угол падения. Больно ударив колено о камень, ему все же удалось сгруппироваться. Пролетев три метра вниз, он оттолкнулся ногами от лежащего дерева и, отпрыгнув, прижаться к скале под небольшим выступом. Сверху были слышны голоса охранников, пытавшихся разглядеть в темноте хоть что-то внизу, бросая в пропасть факелы. Решили, однако, что он упал вместе с собаками.

— Возвращаемся в город, — сказал старший из них, — Вернемся завтра за трупами собаки и убийцы.

Они назвали его «убийцей», хотя он никого не убил и не собирался даже.

Он стоял, прижимаясь к скале, пока не утихли голоса уходящих. Перед ним был тяжелый спуск к реке по тропинке, по которой еще никто никогда не ходил ночью. Особенно беспокоила его «змейка», отрезок пути, где спуск создавал удивительные зигзаги и перепады уровней. «Змейка» была почти внизу, всего в пяти метрах от подножия скалы. Даже с такой высоты, шансы на выживание были маленькими. Вся поверхность под обрывом завалена была острыми камнями.

Большую часть «змейки» он уже прошел, как вдруг внизу, прямо под ним, кто-то зажег фонарь. От неожиданности он поскользнулся и полетел вниз, прямо на руки незнакомца с фонарем. Поймав его, незнакомец не удержался на ногах и упал на камни. Он даже не вскрикнул, скорее крякнул. Спасая его, он не смог защитить себя. Фонарь, чудом продолжая гореть, освещал ручеек крови, который вытекал из разбитого затылка незнакомца.

— Кто Ты? Что Ты здесь делаешь? — спрашивал беглец, в волнении и страхе, теряющего сознание человека, осторожно приближая к его лицу теплившийся фонарь.

Незнакомец, сделав над собой титаническое усилие, сквозь боль, улыбнулся. И тихим шепотом ответил:

— Я Светлый… Я был паромщиком на этом пароме … но теперь паром твой.

Его улыбка вдруг стала светлее:

— Переправь меня домой.

И указав глазами в сторону реки, незнакомец, дрогнув, замер.

Беглец положил мертвеца к себе на плечо и, придерживая одной рукой, другой поднял фонарь. Медленно, между камнями он двинулся к реке. Там он действительно нашел пришвартованный деревянный паром. Положив на него тело незнакомца, он оттолкнул паром багром от берега и поплыл в сторону тумана, который в лунном свете медленно опускался над рекой.


1.

Аня выросла в доме тирана. Ее отец был настоящим диктатором, хотя не было случая, чтобы он ударил кого-то из семьи. Как любил он говорить, «чтобы не пачкать руки, потому что это ниже его достоинства». Однако было кое-что похуже побоев. Отец показывал свою силу и власть словами, взглядом, всей своей осанкой. Хуже всего было, когда он ставил Аню перед собой и молча смотрел ей в глаза, и она не имела права отворачиваться. Через несколько мгновений она была готова умереть, чтобы только все это быстрее закончилось.

Мать же, время от времени, била Аню немилосердно. Женщина, которая терпела бесконечные унижения от мужа, обвиняла Аню во всем, утверждая, что только из-за беременности с ней, она должна была выйти замуж за «такого недочеловека». Ко всему прочему, Аня еще испытывала злобу со стороны своей младшей сестры, которая была фаворитом отца и любимицей матери.

Когда Ани исполнилось восемнадцать, она мечтала только об одном: чтобы как можно скорее уйти из родного дома и никогда не возвращаться. И однажды она встретила Олега, влюбилась в него с первого взгляда, и готова была пойти с ним на край света.


2.

Мост построили десять лет назад. И его полюбили самоубийцы. Прыгнув вниз, выжить было невозможно. Вот и сейчас совсем юная девушка перелезла через перила и замерла над пропастью. Я подошел ближе, встал за ее спиной. Остановить или даже просто каким-то образом повлиять на ее выбор, не входило в мои обязанности. Здесь я не мог ничем помочь. Я был здесь с другой целью. Я коснулся ее мыслей.

«Как они могли? Но как? Ведь это моя лучшая подруга, а он всего через две недели должен был стать моим мужем… Как они могли?».

Слезы катились по ее щекам, она едва слышно выла, бесшумно ставя одно и то же вопрос: «Как они могли?».

А потом отпустила поручень и полетела в пропасть. Именно в этот момент она со всей ясностью осознала, что сделала и мысленно крикнула: «Не хочу! Боже, прости меня! Прости! Прости!».

Услышав ее раскаяние, я перепрыгнул через перила и вслед за ней полетел в пропасть…


3.

Олег вырос на «поле боя». Папа алкоголик и психопатическая мама, постоянные бои, ссоры и скандалы. Атмосфера напряженности переплеталась с моментами спокойствия, чтобы эскалировать с удвоенной силой. В возрасте 14 лет личность Олега была уже сильно нарушена. Он начал пить сам, и это хоть на некоторое время давало облегчение и забвение. Так продолжалось тринадцать лет. А потом, друг за другом, умерли родители. Мать оставила ему квартиру, отец старый, но ухоженный револьвер, и оба — сердце, полное страхов и тревожности. Но все же ему хватило сил после смерти родителей, задать себе вопрос: алкоголь или жизнь? Он выбрал жизнь, хотя это было нелегко. Прошел год и несколько реабилитаций и терапий в нем. Живя в трезвости, Олег скучал по любви и хоть какому-нибудь уважению к себе самому. И тут встретил Аню, от которой исходил немой, огромной силы, крик о помощи. И он уже знал, что нет шанса, чтобы не влюбится.


4.

Я нашел его в углу комнаты, где он пролежал больным последние семь лет. Его тело только что забрали, чтобы похоронить. А сам он висел, трепеща над своей кроватью. Я сказал, как можно увереннее и спокойнее:

— Пойдем со мной.

— Куда? — недоверие и страх волной исходило от него, — я боюсь.

Я сделал шаг к нему и снова повторил:

— Идем, — и добавил, — там нет страха. Все ваши страхи останутся здесь, в углу комнаты. А потом рассеются и исчезнут.

Он все еще боялся и сомневался.

— Ты можешь пойти со мной, а можешь не идти, оставаясь здесь, между мирами. Выбор твой, и никто его не сделает за тебя. Ты идешь?

Он оторвался от стены и медленно поплыл в мою сторону. Страх покидал его. Ему начинало нравиться жизнь без боли.


5.

Два месяца их совместной жизни прошли в тишине и покое, но на самом деле, они оба устали от этого. Однажды Олег не смог овладеть своими эмоциями. Он кричал и кричал, оскорбляя ее и унижая. Аня сидела в уголке и плакала. Потом они помирились и пережили лучший в их жизни секс. Лежали долго, вцепившись друг в друга, счастливы, как две лягушки, которые после долгого путешествия, наконец, достигли своего протухшего, гнилого, но такого родного пруда.

К сожалению, скандалы случались все чаще. Но, когда Аня забеременела, она перестала молчать и прокричала Олегу все накопившееся за это время. Их споры продолжались бы дальше, но родился ребенок, и во время очередной ссоры он начал плакать и кричать. Им никак не удавалось его успокоить. И тогда, как будто занавеска упала у них с глаз. И правда вышла на явь. Правда о своем поведении, образе жизни и мышления. Ребенок, наконец, уснул, и они со слезами на глазах, долго говорили о своей новой жизни, без скандалов, в мире и любви…

На следующий день произошла самая крупная ссора их совместного сожительства. После полугода борьбы они сдались. Аня ушла к маме, но там было еще хуже, так что через несколько дней она вернулась с ребенком в квартиру Олега. Он плакал от радости, обещая, исправится, но через некоторое время все вернулось на круги своя. Аня имела суицидальные мысли, но у нее было две причины жить: ребенок, который стал бы сиротой и, как она говорила себе, она не могла оставить Олега, потому что он такой нервный и беспомощный, что без нее не смог бы прожить.

Прошло еще полгода, и их ребенок, сильно заболев, умер.


6.

Редко я ухожу с начертанной мне территории. Но я знал его отца, деда и прадеда. Поэтому я преодолел несколько тысяч километров. Погиб он на войне, в какой-то миротворческой миссии. Накрыл своим телом друга. Снаряд разорвал их обоих, но жертва никогда не бывает напрасной. Мы сидели с ним на краю большой воронки, в котором он умер, а он говорил и говорил, рассказывая мне о войне. Я молча слушал. Ему необходимо было выговориться, закончить свою войну. И только тогда я смогу проводить его к предкам.


7.

Андрей был человеком хитрым и высокомерным. Умел зарабатывать деньги. И тут же тратить их. Ему не нравились люди, но ему очень нравилась веселая, прикольная жизнь. Люди у него делились на нужных и ненужных. А нужные на тех, на которых можно заработать и на тех, с которыми можно заработать. Женщины были ему доступны. Любовь нет. Наркоманом он стал потому, потому что это был кайф, который принадлежал только ему. И его не надо было ни с кем делить.

Вчера он пополнил свой бардачок под полом в сарае над рекой новой партией наркотиков и был счастлив. Под кайфом, с глубоким внутренним удовлетворением от того, что «жизнь удалась», он нажал на педаль газа своего «мерседеса». Его автомобиль на огромной скорости не вписался в поворот, его занесло и выкинуло на тротуар. Прямо на молодую женщину с букетом роз под руку с мужчиной. Мужчину откинуло ударом в сторону. Ранен он не был. А женщина осталась лежать на тротуаре в луже крови.

Андрей выровнял автомобиль машину и свернул в ближайший переулок, в надежде, что никто не запомнит номер его машины.


8.

Объединённые потерей ребенка, они пережили в мире почти год. Они высоко ценили эти дни спокойствия и любви. Часто он приглашал ее на ужин в один из многочисленных в их городе ресторанов, дарил цветы и говорил о любви. Они возвращались после такого ужина домой, счастливы и с миром на сердце. И вдруг этот автомобиль …


9.

Врачи прилагали все усилия, чтобы вернуть Аню к жизни, но все было напрасно. Я ждал. Наконец-то она освободилась от своего тела и оказалась на удивление светлой и чистой душой.

— За мной? — спросила она меня. — Я так и думала, что кто-то встретит меня здесь…

Ее смех был звонким, как Рождественские мелодии. Мы прошли через дверь в коридор и увидели Олега. Нервными шагами он «мерял» коридор.

— Я могу его дождаться, — сказала Аня, глядя на своего мужа.

— Там, куда мы идем, Аня, — ответил я, — больше нет ожиданий. Так как нет необходимости в вере и надежде. Там все исполнено. И есть то, чего в твоей жизни всегда не хватало. Там ждет тебя Любовь.


10.

Андрей боялся. Вся его гордость внезапно покинула его. И оказалось, что в середине вакуум. Даже больше — злость, ненависть, и снова страх. Вбежав в сарай, он бросился тайнику. Доски были вырваны, а отсек был пуст. Отчаяние охватило его, сжало разум и сердце. Воры, проникшие в тайник, разбили окно, вокруг лежали осколки стекла. Приподняв одно из них, не в силах выдержать напряжения, Андрей вскрыл себе в нескольких местах вены.

Я вошел в его мысли и ждал. В жизни Андрея не было места для раскаяния. Его не было и теперь, в эти последние минуты его жизни. Только страх, отчаяние и гнев. На всех и на все.

Андрей не был пассажиром моего парома. Я дождался конца и покинул сарай, уступив место тому, кто придет за ним.


11.

Я сидел на поляне, между сараем и рекой. Я ждал. Несколько минут назад Темный взял душу Андрея с собой, одарив меня злобной улыбкой. К этому невозможно привыкнуть. Но, к сожалению, попасть на мой паром удается далеко не всем.

„Мой паром” — подумал я и посмотрел на него. Старый, деревянный, был такой же, как и полтора века назад. Точнее, сто сорок три года и двадцать пять дней. Именно тогда началась моя служба…

Богатый сын мэра пытался соблазнить мою сестру. Я пришел к нему с ножом, чтобы немного напугать. А он стал так кричать, что примчались охранники с собаками. И мне пришлось бежать. А потом я упал со «змейки» в руки Паромщика. Он умер, и я занял его место.

«Мой паром», снова подумал я. Сначала я попытался хотя бы немного починить его. Но за каждым разом, доставляя очередную душу в иной мир, паром принимал все тот же вид. Паром не принадлежал мне. Паром не принадлежал ни к одному из этих Миров. Паром был всегда между мирами и всегда будет. От Падения до Нового Начала.

Я свое отработал. Сегодня я передам паром в следующие руки.


12.

Пришло время мести. Олег запомнил этот «Мерседес». И когда ему сказали, что Аня умерла, он бросился домой, в подвал. Достал старый пистолет отца и вложил обойму с патронами. Подумал: „Ну и пригодился в конце”. Затем отправился на реку, к бездомным. Они знают все и всех. И они молчат ради своей безопасности. Но ему скажут. Среди них были друзья его отца. И его старые друзья тоже.

Очень скоро Олег уже знал чья машина убила его жену и где искать убийцу. Он бросился бежать в старый сарай на берегу реки. Выбежав на поляну, он споткнулся и, падая, случайно нажал на курок. Пистолет выстрелил. Пуля вонзилась в спину сидящего между сараем и рекой незнакомца.


13.

Рана была смертельная. Я знал об этом. Но мне еще было дано время. Я должен был закончить все дела здесь. Олег подбежал ко мне, упал на колени:

— Кто Ты? Как здесь Ты оказался? Он выстрелил сам, я этого не хотел… Я пришел за ним.

Собирая силы, я сказал:

— Его уже нет в этом мире. О нем не беспокойся…

Бережно взяв руками мою голову, Олег спросил снова:

— Кто Ты?

И я ответил:

— Я Светлый… Я был паромщиком… но теперь паром твой. Переправь меня домой.


14.

Он умер. Олег поднял ее на руки, положил на доски парома, и они поплыли в сторону тумана, который медленно опускался над рекой.

Часть вторая

Одинокие Путники

Молитвенник

1.

Они приходили, молча смотрели на него, и ждали. Нельзя сказать, что встреча с ними была приятной. В какой-то момент он мимолётом видел прозрачную светлую тень. И чувствовал холод, мурашки по коже и страх. Он не знал, его ли это страх, или эмпатически, он чувствовал их страхи. В конце концов, он перестал об этом задумываться. Страх присутствовал, и это было неотъемлемой частью их встреч. И еще. Иногда очень хотелось плакать…. Тут уж он был уверен, что он чувствует то, что в данное мгновение чувствуют они.

Они всегда приходили поодиночке. И всегда неожиданно.

Первый раз это случилось еще в детстве. Он очень испугался. Инстинктивно боролся со своим страхом. И победил. Потом было такое чувство, что кто-то сказал «спасибо».

Przeczytałeś bezpłatny fragment.
Kup książkę, aby przeczytać do końca.
E-book
za 6.83
drukowana A5
za 16.35